Хроника Спиральных Веков
Шестьсот одиннадцать лет. Четыре войны. Тысячи жизней, отданных за право жить в месте, которое никто другой не считал пригодным для жизни. Это история Зиреи -- народа, рождённого в бездне, выросшего в темноте и научившегося находить свет там, где его нет.
Летоисчисление ведётся в годах Первой Спирали (ГПС) -- от момента, когда первые поселенцы спустились на дно Впадины.
«Vel-greth miru zo-ka-keth. Ka-vel-so.»
«Тёмная вода спит вечно. Иди-хорошо.»
Ангел Эрар -- первые слова на дне Впадины, 0 ГПС
Нисхождение — Спуск
Год нулевой. Мир наверху стал невозможен. Великое Затопление пожрало берега, острова, надежду. Те, кого поверхность отвергла, спустились в единственное место, куда никто добровольно не уходил — на дно океана. Не потому, что хотели. Потому что больше было некуда.
«Vel-greth miru zo-ka-keth. Ka-vel-so.»
«Тёмная вода спит вечно. Иди-хорошо.»
-- Ангел Эрар — первые слова, произнесённые на дне Впадины
«Мама держала меня за руку три дня. Я не видела её лица — только чувствовала пальцы. Когда загорелся люминит, я впервые увидела, что она улыбается. Она улыбалась все три дня. Я просто не знала.»
-- Зира Кетумиру (будущая I Вел-Ора) — записано со слов в возрасте 80 лет
Эпоха Тишины
Двести лет в абсолютной изоляции. Двести лет, в которые Зирея не знала, существует ли ещё мир наверху. Двести лет, за которые горстка беженцев построила цивилизацию из ничего — из темноты, давления и упрямой надежды.
«Tos-vel greth-miru vel-lyra zo-keth-iru. Vel-so bbeliath.»
«Голос-мой видит тьму впервые. Она очень красива.»
-- Кет-Ору, инженер, при первом взгляде на солнце через Колодец
«Бабушка рассказывала, что в первые годы люди спали, прижавшись друг к другу в темноте, и считали дыхания соседей. Если кто-то переставал дышать — просыпались все. Мы научились слышать тишину раньше, чем слова.»
-- Из «Хроник Глубинной Памяти», устная традиция
Эпоха Торговли
Полвека мира и обмена. Люминит шёл наверх, еда и технологии спускались вниз. Два народа открывали друг друга — с восторгом и непониманием. Но под ровной поверхностью торговых договоров росло нечто опасное: неравенство, которое оба народа предпочитали не замечать.
«Vel-ra zo-keth-iru tos-vel ka-greth. Vel-so noru.»
«Ты пришёл к нам, но не увидел. Это больно.»
-- Философ Нира Зо-Вел, «Трактат о Неравных Голосах», 241 ГПС
«Я поднялась в Люминарию для обмена знаниями. Они были добры. Они улыбались. Они спрашивали, правда ли мы живём «во тьме». Я сказала: «Мы живём в свете — просто он другого цвета». Они рассмеялись. Они думали, я шучу.»
-- Целительница Вел-Ира Кетум, из дневников, 238 ГПС
Люминария считает, что торговля была честной — они делились едой, технологиями, знаниями. Они не замечали неравенства, потому что искренне верили, что помогают. Покровительство не всегда рождается из злого умысла — иногда из слепоты к чужой гордости.
Первая Война — «Первое Затемнение»
Люминария повысила цены на люминит на 340%. Зирея, которая добывала этот кристалл из своей собственной земли, внезапно не могла позволить себе свой же ресурс. Когда Колодцы были заблокированы, началось не сражение — началось удушение.
«Zo-vel-keth vel-iru — ka-vel-keth vel-miru.»
«Один путь был. Много путей будет.»
-- Вел-Ора Нарим Зо-Кет, при подписании мирного договора
«Я рационировала кислород. Полвдоха мне, полвдоха сыну. Когда он засыпал, я дышала через раз, чтобы ему досталось больше. Мне говорили: «Если ты умрёшь, кто будет дышать за вас обоих?» Я отвечала: «Он». Ему было три года. Он выжил. Он стал инженером. Он строит Шахты, чтобы ни одна мать больше не считала вдохи.»
-- Мира Зо-Кетум, мать-инженер, из «Книги Тихих»
Люминария считает, что повышение цен было необходимой экономической мерой — расходы на содержание Колодцев росли, а люминит требовал всё более сложной обработки. Блокада не была намеренным удушением — скорее, неуклюжей попыткой надавить на несговорчивого партнёра. О масштабах страданий внизу они узнали только после войны.
Вторая Война — «Война за Спирали»
Восемьдесят три года мира — и новый удар. Люминария приняла «Акт о Правах Глубин», объявив ресурсы ниже определённой отметки «общим наследием». Другими словами: ваше — теперь наше. Зирея ответила не словами, а тишиной. А потом — действиями, которые навсегда изменили искусство войны.
«Vel-iru greth-as vel-ra — ka-vel-so vel-ra.»
«Враг в тени — гость в тени. Иди-хорошо, гость.»
-- Командир Нелор Зо-Кет, Военный Кодекс Зиреи
«Тир играл на эхо-флейте каждый вечер. Мы сидели в тоннеле, в полной темноте, и слушали. Звук поднимался вверх, через камень. Однажды сверху опустили записку: «Играй ещё. Мы тоже устали». Тир играл до конца войны. Он не вернулся — обвал в тоннеле 7. Но его флейту нашли. Она до сих пор звучит в музее Велорума. Иногда мне кажется, что я слышу, как кто-то наверху стучит в ритм.»
-- Рядовой Кет-Мира, из мемуаров «Музыка Под Камнем»
Люминария считает «Акт о Правах Глубин» попыткой справедливого распределения ресурсов, необходимых обоим народам. Они не понимали, почему Зирея восприняла это как агрессию — ведь речь шла о совместном использовании, не о захвате. Поражение во Второй войне стало для Люминарии уроком о границах благих намерений.
Третья Война — «Великая Спиральная Война»
Двадцать пять лет. Самая разрушительная война в истории обоих народов. Война, которая началась с идеологии, прошла через химическое оружие, массовые потери и битвы, о которых до сих пор не могут говорить без слёз — и закончилась только потому, что воевать стало не с кем и нечем.
«Vel-iru vel-ra — ka-vel-so vel-miru.»
«Ты и я — одно хорошее место.»
-- Тиор Камерн, из послания через Колодец №5, 519 ГПС
«Бабушка помнила Северные Сады. Она говорила, что анемоны светились так, что можно было читать книги без фонаря. Что грибы пахли мёдом и морской солью. Что дети играли между стеблями, и свет падал на них сверху, как дождь. Я никогда этого не видела. Когда Сады восстановили — через пятьдесят лет — они были другими. Красивыми, но другими. Бабушка стояла там и плакала. Она сказала: «Они выросли заново. Но те — те были первыми. И те умерли».»
-- Анонимная запись в «Хрониках Глубинной Памяти», ок. 560 ГПС
Люминария считает «Доктрину Света» философией прогресса, а не агрессии. Химическая атака на Сады осуждена в самой Люминарии — командир, отдавший приказ, был судим военным трибуналом. Массовое Нисхождение, по их данным, было спровоцировано зирейскими диверсионными отрядами. Правда, как всегда, посередине — и её не видно ни сверху, ни снизу.
Четвёртая Война — «Кризис Глубин»
Последняя война — и первая, которую оба народа пытались не начинать. Спор о мирулиевых добывающих платформах на экстремальных глубинах перерос в конфликт, но обе стороны помнили ужас Третьей войны. Воевали сдержанно, стыдливо, как люди, которые знают, что делают глупость, но не знают, как остановиться.
«Vel-ra vel-iru ka-vel-so — zo-greth-vel-as ka-noru.»
«Вы оба правы. Именно поэтому вы оба страдаете.»
-- Алем Зо-Хир, хиренский дипломат, на переговорах 579 ГПС
«Когда объявили мир, мой командир сел на пол тоннеля и закрыл лицо руками. Мы думали — плачет. Он поднял голову и сказал: «Я не плачу. Я пытаюсь вспомнить, как выглядит мой сын. Ему было два, когда я ушёл. Ему десять. Я не знаю его лица». Мы все замолчали. Потом кто-то сказал: «Ka-vel-so. Иди домой». И он пошёл.»
-- Из мемуаров «Тоннель Тридцать Один», анонимный солдат
Люминария считает Четвёртую войну трагической ошибкой обоих народов. Их историки пишут: «Мы воевали по привычке, а не по необходимости». Хиренская медиация стала для Люминарии уроком — впервые они приняли, что конфликт требует внешнего голоса. Не потому, что они неправы, а потому, что правота бывает у обоих.
Бирюзовый Мир
Тридцать два года мира — самый долгий непрерывный мирный период в истории Зиреи. Поколение, не знавшее войны. Расцвет искусства, науки, философии. Но на горизонте — тень. Столетний Договор ещё действует. Но что будет, когда он закончится?
«Vel-lyra ka-vel-so — ka-greth vel-lyra.»
«Чтобы видеть хорошее будущее — нужно видеть другого.»
-- Вел-Ора Мируэль Зо-Кетума, XXIV правительница Зиреи
«Моя дочь спросила: «Мама, а что такое война?» Я хотела сказать: «Это когда люди убивают друг друга». Но вместо этого сказала: «Это когда люди забывают, что они похожи». Она подумала и ответила: «Тогда нужно просто напомнить». Ей шесть лет. Может быть, её поколение будет умнее нашего.»
-- Анонимная запись в городском журнале Велорума, 609 ГПС
О летоисчислении
Зирейцы ведут счёт времени от Нисхождения Первых -- момента, когда предки спустились в Впадину. Год называется zo-ka-miru -- «виток спирали». Месяцы именуются по фазам биолюминесценции: Спиральная Тень, Мерцающий Виток, Глубинное Свечение, Тихий Покров. Дни считаются по пульсации давления на дне Впадины -- естественному «сердцебиению» океана.
Время в Зирее не линейно. Оно спирально. Прошлое не позади -- оно внизу, в фундаменте. Будущее не впереди -- оно наверху, в следующем витке. Настоящее -- точка на спирали, где вы стоите прямо сейчас.
Шестьсот лет в цифрах
Заключение хрониста
Зирея -- не жертва и не агрессор. Зирея -- народ, который спустился в место, где жить невозможно, и сделал его домом. Который терял и находил. Который воевал -- не потому что хотел, а потому что ему не оставляли выбора. Который каждый раз, после каждой войны, после каждой потери, говорил одно и то же:
«Ka-vel-so.»
«Иди-хорошо. Вперёд.»
Когда вы читаете историю Люминарии -- вы увидите других героев, другую боль, другую правду. И это нормально. Потому что истина не живёт на поверхности и не живёт на глубине. Она -- в воде между ними. В Колодце. В голосе, который поднимается снизу, и в голосе, который спускается сверху. И если они совпадут -- может быть, пятой войны не будет.
Хроника составлена Академией Глубин Велорума -- 611 ГПС